Нашла мой бюстик: Ой, какая красивая маечка!!!

***

Уроки украинского языка:)

Я: Настя, а де д!дусь?

Настя (как услышала — так и чешет): Дуйся, дуйся!

Дедушка (обиженно, из кухни): Сама ты дуйся!

***

Индюк называется почти по-родственному — диндилюк.

***

Налопадась хлеба и понимает, что больше не дадут. А хочется. Ищет формулу успеха. Подходит к Вовке, заглядывает в глаза, нежным голосом:

— Папа, а ты не заметил, что мне хочется хлебушка?

***

Видит Таню, радостно смотрит на нее и, гладя себя по пузу, отмечает:

— Красивая!

Таня (подзрителоно): Кто красивая?

Настя (недоумевающе): Настя красивая!

***

Я не обезьяна, я Настенька!

Были в аквапарке. Настя случайно занырнула с головой под воду. Вытаскиваю ее, ожидаю шквал возмущания. Настя, набрав воздух в легкие, деловито сообщает: «Утонула!»

***

Рисует:

— сейчас нарисую человечка… (малякает левой рукой без особых усилий, потом сообщает без тени сожаления): не получается, я еще маленькая!

***

Наделает шкоду, и сама же устраивает разбор полетов: «Папа говорил Настеньке не трогать, а Настя взяла и … (уронила, сломала, разлила, и т.п.). А папа говорил не трогать! А Настя взяла!»

***

за мной закрепилась партийная кличка «ма». Откуда взялось — не знаю.

***

Распределяет функции:

— Папа — как дед Мороз, Настя — как Снегурочка…

— а мама?

— а мама — как медведь!

***

Утром приходит Галя убирать.

Настя: Галя, привет! Ты не бабочка!

Галя не понимает сути замечания, переспрашивает.

Настя (снисходительно): Я — бабочка! Я летаю!

***

С няней на прогулке, показывает пальцем на какую-то бяку на земле и тут же сообщает о своих намерениях: «Я хочу облизывать эту гадость!»

***

Таня показывает Насте, как делать мостик.

Таня: А теперь ты так попробуй!

Настя: Нет! Ты делай, а я буду тут сидеть как в домике!

***

Ребенок цивилизации, в обиход быстро входят фразы: «Папе смска пришла» или (в машине) «Гарячо! Сейчас папа концицинер включит!»

***

Рассказывает самостоятельно короткие стишки: Тише, мыша; Красота-красота; Мы едем-едем-едем; Сим-сим-фони; Кушай, кошка; считалочку Балка прыгала-скакала и т.д.. Сама поет первый куплет с припевом из Антошки, Я на солнышке лежу; почти полностью рассказывает песенку колобка.

Очень быстро летит время. Была во Львове, на этот раз без Насти.

То, что произошло, эта потеря — она слишком велика, и поэтому до сих пор не укладывается в рамки моего понимания. Я не могу этого постичь, принять и согласиться. На кладбище эта дурацкая таблличка вызывает волну протеста.

Хочется стряхнуть с себя этот ужасный сон. Хочется верить, что и прошлое, и настоящее многовариантно и параллельно существует иной, более счастливый сценарий, в котором мама жива и здорова. Или что можно все вернуть и перепрограммировать. Куча глупых и наивных мыслей — только потому, что согласиться со всем этим просто невозможно.

Очень тяжело на душе. Ощущение исковерканной, чудовищной реальности. Мимолетные воспоминания очень ранят.Постоянные импульсы — позвонить. Глупо, но иногда перепроверяю, действительно ли ее больше нет в списке телефонных контактов. Я не знаю, как все это пережить, как справиться. Потерялись очень мощные ориентиры в жизни, многое утратило смысл. Действия выполняются автоматически, без желания или энтузиазма. Следую привычному циклу существования. Не знаю, что надо делать, как выбрать приоритеты, какой надо быть. Будущее представляется очень бесформенным.

Все очень запуталось. Я не понимаю, почему это произошло. Я не знаю, где были мои ошибки. Не знаю, за что пришла такая жестокая расплата. И не знаю, какие уроки я должна из этого извлечь.

Чувство потерянности. Как буто меня потеряли. Как будто я сама себя потеряла.

На выходных ездили на шашлыки. Спрашиваю Настю, что ей больше всего понравилось в лесу. Настя (очевидно, перечисляла в порядке предпочтения):

— Шашлык, Оля и Женя!

***

Я: Настя, хочешь какать?

Настя: Нет, спасибо!

***

Апогей родительского пофигизма: вышли на прогулку и только в лифте обнаружили, что ребенок у нас без обуви. Причем ее это совершенно не смущало.

Я разрешаю себе мечтать. О том, как мы бы поехали в гости к тете Вите (любимой школьной подруге) в Питтсбург. Или на море. Или построили небольшой симпатичный домик — обязательно одноэтажный и посадили много цветов. И к нам приходило бы много гостей.

От таких мыслей становится теплей. Может, существуют параллельные миры, и там наша мама жива, и там эти мысли обязательно материализуются.  Там можно все наверстать, досказать, объяснить, исправить ошибки. Неотвязное чувство, что мама где-то рядом, очень близко.

Мамин мобильный забрала сестричка, и сегодня пришлось переименовывать номер в телефонной книге. Очень непросто получилось  стереть слово «Мамочка». Все равно не верю, что никогда не смогу ей больше позвонить.

PR: wait… I: wait… L: wait… LD: wait… I: wait… wait… Rank: wait… Traffic: wait… Price: wait… C: wait…

Глупо, но все еще хочется верить, что это неправда. Что получится договориться и она вернется. С того момента, когда был шанс что-то изменить.

Очень не хватает мамы. Постоянно тянется рука к телефону. Постоянно что-то о ней напоминает. Вот тут я в последний раз я покупала ей кофе. С этой площадки звонила. И выходя из метро по дороге домой тоже — звонила. Просто так, чтобы услышать голос и спросить, как дела. Или рассказать что-то смешное о Насте.

Очень много вещей в жизни я делала, чтобы порадовать маму. Если что-то случалось, хорошее или плохое — думала о том, чтобы позвонить и рассказать, посоветоваться, посмеяться, просто услышать пару слов поддержки. Соотносила свое отношение к людям и к жизни с мамиными суждениями. Когда продумывали ремонт — хотелось делать так, чтобы она одобрила, чтобы ей понравилось.

Теперь мало что радует вокруг. Не знаю, как научиться заполнить эту пустоту.

Мама когда-то сказала, что не заботиться о себе — это эгоизм по отношению к своим близким. Я ей часто напоминала об этом, она смеялась и соглашалась. Полагала, что к ней это не относится.

Это неправильно. Нельзя отбирать у людей возможность позаботиться о тебе, помочь, посочувствовать, поберечь. Нельзя быть жертвой, нельзя все время казаться сильной, нельзя все прятать в себе. Нельзя вот так уходить, оставляя близких с мыслью о том, что они все время только получали, получали, получали.

Когда мама ухаживала за бабушкой, она говорила, что забота о старых родителях — это занятие, за которое никогда не получишь благодарность или какую-то отдачу. Я не соглашалась. Я считала, что это работает немного по-другому, благодарность наступит, когда она сама станет старенькой и мы с Танюшей будем о ней заботиться. А она не хотела жить с нами в старости. И не хотела таких отношений.

Кому теперь отдавать эти долги?

PR: wait… I: wait… L: wait… LD: wait… I: wait… wait… Rank: wait… Traffic: wait… Price: wait… C: wait…

Безумно хочется позвонить маме. Не могу смириться. Очень несправедливо.

Какое-то непонятное чувство тревоги и страха. За себя, за любимых и близких людей. Страшно потерять сознание и не очнуться. И непроходящее ощущение полуреальности, как на стыке миров.

В голове постоянно душераздирающий папин крик: «Наша мама умерла!» И заново прохожу цепочку тех ощущений, постепенного перехода от отрицания к действительности; того как медленно посыпались осколки так тщательно продуманных планов, надежд и ожиданий…

Почему все так?

Ctrl + Z      Ctrl + Z      Ctrl+ Z      Ctrl + Z      Ctrl + Z      Ctrl+ Z       Ctrl + Z      Ctrl + Z      Ctrl+ Z ….

Кажется, сейчас закончится эта черная полоса и все будет как раньше. Она придет. Все происходящее вокруг до сих пор выглядит как дичайшая нелепость.

Настя ни разу не вспомнила бабушку, хотя обычно у нее удивительно сильные ассоциации с предметами и обстановкой. Возможно, нечто блокирует в детском мозгу эти воспоминания. Очень боюсь момента, когда придется объяснять.

Могла ли я что-то сделать, чтобы это не случилось? Почему? Почему именно она? И почему так рано? Много вопросов, на которые совершенно никто не может дать ответа.

Были ли предвестники? Когда прощались в последний ее приезд, у меня вдруг мелькнуло в голове — а вдруг я ее больше никогда не увижу? Ну так, случайно. У меня случаются такие мысли. Отмахнулась — да ну, глупости. И еще когда убирала ее постиранные вещи с сушки — что-то более фатальное, как током ударило. Бывают такие случайные гаденькие мысли, которые вдруг придут в голову помимо воли, и подсознательно понимаешь, что что-то плохое точно произойдет. Опять отмахнулась («нет, нет, Господи, пожалуйста, не надо») и тут же забыла — это было слишком, чтобы воспринимать всерьез.

Пару раз папа делал замечание, что на столе лежит перевернулая буханка хлеба. И в голове очень долго и назойливо крутилась грустная песенка ПеппиДлинныйЧулок «э-ге-ге-гей, говорю я ей!…»

Да глупости все это. Это нельзя воспринимать всерьез.

Нет чувства уверенности в завтрашнем дне. Все очень хрупко и мимолетно. Человеческая жизнь очень временна.

Больше не хочется быть слабой. Не с кем делиться своими проблемами и переживаниями. Не у кого спрашивать совета. Ни один человек в мире не может выслушать и поддержать так искренне, как это может сделать мама. Ни один человек в мире не сможет относиться к моим детям так, как это делала мама… С мамой я была ребенком. Мама — это центр и опора всей нашей семьи. Она не могла уйти. Она слишком молода и слишком сильна, чтобы вдруг взять и умереть. Это очень неправильно.